— Прошу всех к столу.

Дон Наполеон немедленно завертел головой, пытаясь обнаружить стол. Это ему не удалось, зато он узрел плоскую каменную плиту, на которой лежали пять листьев лопуха, на которых, в свою очередь, лежало что-то съедобное. Кажется, мясо.

Боясь показаться дураком, он негромко спросил у Нанока, который дураком показаться не боялся:

— А братья Вашего юного друга… Они обедать не будут?

Нанок посмотрел на него, озадаченно и ничего не ответил.

— Может, они по нужде ушли снова? — предположил рыцарь.

Нанок неопределённо хмыкнул.

— Мне говорили, что в четверг в сумасшедшем доме день открытых дверей, да я как-то не верил.

— Эй! Но ведь сегодня — среда! — возмутился рыцарь.

— Да? Ну, вам виднее, это же ваш праздник, — благодушно согласился варвар, принимаясь за еду.

Дон Наполеон, оскорблённый в лучших чувствах, обратился к Ларгету:

— А что, братья Ваши не разделят с нами трапезу?

— О чём это Вы, милейший? — искренне удивился Таль, наворачивая за обе щеки рагу. — У меня в жизни никогда не было никаких братьев.

Варвар хмыкнул, но решил не напоминать ему, что один брат всё-таки имелся. Маги, они такие забывчивые!

— Но я же сам их видел, — настаивал рыцарь.

— А это у Вас, милейший, галлюцинации, — благодушно пояснил Ларгет.

— Но молодая дама тоже… — пытался сопротивляться Дон Наполеон.

— Я ничего не видела, — Лани едва сдерживала смех. Это рыцарь оказался таким забавным!

«Похоже, кто-то здесь сошёл с ума, — мрачно подумал Дон Наполеон. — Будет печально, если этим „кто-то“ окажусь я».

Между тем, его тарелка-лопух незаметно опустела.

— Большое спасибо, — поблагодарил рыцарь. — Ваше рагу из зайца, о прекрасная дама, было просто великолепным. В жизни не ел ничего более вкусного!